Как-то на вечеринке в богатом доме, куда был приглашен Россини, одну даму попросили спеть. Она долго жеманилась, но в конце концов согласилась спеть каватину Розины из «Севильского цирюльника». Прежде чем начать, она обратилась к Россини:
— Ах, маэстро, если бы вы знали, как я боюсь!
— Я тоже, — отозвался Россини.